Когда бОльшую часть времени плывешь по киевским рекам в авто, не хочется нырять в подземные потоки метро. Смотришь на янтарное свечение нарциссов и с тоской думаешь: самое яркое, что может случиться в сотне метров под тобой — тусклое горение золоченных еще в СССР светильников.
Спускаюсь, впереди меня две подруги. Желтые теплые оттенки вторят друг другу. Фантазирую как они договариваются о встрече и окольными фразами пытаются догадаться, что другая наденет.
— Гисметео пугало, что сегодня будет прохладно, зато в выходные обещают настоящее лето…
— Да, надо утеплиться.
Девушка №1 думает, что вряд ли в середине апреля подруга станет утепляться пуховиком, жилеток та с роду не носит, значит, это четыре буквы, шарф. А каким шарфом она может обвиться? Ну явно не тем синим, потому что он шелковый, а значит, не для тепла, а для красоты, но и не тем белым, потому что он уже какой-то линялый, а им сегодня вечером еще Толика предстоит увидеть (Толик — гей, линялую тряпочку на шее не одобрит). Точно, канареечный! Значит, берем рюкзак вместо сумки.
Девушка №2 думает, что толстый намек про гисметео звучал не просто так, стоит, конечно, накинуть пуховик, все-таки только середина апреля… но пуховик такой весь радужный, подруге будет сложно попасть в цвет, а риск — дело благородное, можно обойтись шарфом. И надо выбрать именно тот, под который у подруги есть что взять с собой. Поэтому выбирает канареечный. Элементарно, Ватсон!
Обгоняю девушек и говорю, что глаз радуется такому точному попаданию в pantone))
Одна из них улыбается:
— Чего не сделаешь ради дружбы.
Другая смотрит сурово:
— Или ради опознания члена клуба Анонимных Канареек.