Давайте поговорим о слове года? Это, скорее, не фильтр для отсеивания, а фокус внимания. Лакмусовая бумажка. Таким словом на 2018 год для меня будет «уязвимость». Как у Нила Геймана: The moment that you feel, just possibly, you are walking down the street naked, exposing too much of your heart and your mind, and what exists on the inside, showing too much of yourself…That is the moment, you might be starting to get it right.
Что я понимаю под уязвимостью? Возможность, с одной стороны, принимать свою неидеальность, с другой стороны – выражать свои чувства, какими бы они ни были. Выражаясь иначе, уязвимость, это спокойное желание оставаться в диалоге с самим собой без стыда или вины, без выбора «бей или беги». Просто осознание, что в какой-то конкретный момент времени я переживаю беззащитность или у меня, к примеру, обострена потребность в поддержке.
К слабости уязвимость имеет очень опосредованное отношение. Такую бирку мог бы повесить со стороны только тот, кто привык ориентироваться на чужие оценки в процессе взаимодействия с миром. Когда я признаю, что моей власти недостаточно, для того чтобы справиться с ситуацией, то это бессилие удивительным образом превращается в опору для действий. Согласиться со своей уязвимостью означает принять самого себя, зафиксировать уровень имеющихся ресурсов на «здесь и сейчас». Если необходимо, можно нырнуть юркой ящеркой в кусты, оставив хвост в руках захватчика. Да, понадобится время на отращивание хвоста (и в этом есть определенная доля слабости), при этом остается сила в возможности быстро перемещаться в нужном направлении.
Парадокс, но именно признание ограниченности ресурсов увеличивает количество энергии. Ведь до момента осознавания жила как бы не я, а социальная фигура, которая пыталась уговорить себя: «Давай побыстрее зафотошопим этот постыдный недостаток, пока никто не заметил». К тому же, когда я начинала маскировать неуверенность в себе, чувство стыда взгромождалось поверх вороха неприятных ощущений: «Что, трусишь? Соберись, тряпка, прикинься хюгге-пледиком, ну или пэчворк-одеялом на худой конец». Очень стыдно быть настоящей в отношениях, потому что невыносимо страшно потерять их. Вдруг я не такая, как надо?
В этом месте жизнь превращается в длинный коридор ожидания. Когда я только и делаю, что ловлю чужое внимание. А пока его нет – готовлюсь к нему. Следую ритуалам из модных журналов или умных книг, чтобы в нужный момент меня заметили и похвалили. Грудь, ум или пышные волосы. Кому что. Расскажут, чем же я хороша. Замечаете, как стыд лишает спонтанности/искренности?
Уязвимость дает мне разрешение жить в настоящем, не убиваясь, что кто-то может счесть меня недостаточно хорошей. Я могу сама спокойно рассмотреть свою слабую сторону и даже попробовать воспользоваться ею. Только у меня есть право на распоряжение своей «хорошестью», и это разрешение открывает возможность брать от жизни то, что нужно именно мне. Ведь чем больше человек признает свою реальность, свои уязвимые места, тем с большей вероятностью он способен что-то изменить в этой жизни.
Если не научиться ладить с собой, нуждающимся в тепле и заботе , то даже самые распрекрасные люди, заметившие меня, не заставят снять толстую броню «выверенной спонтанности» (сарказм). Смотрю-то я на искренность других из себя.
Уязвимость это всегда про контакт или его недостаток. В уязвимости — которая про слабость — много опоры на изменчивое мнение окружения и мало контакта с самим собой. В уязвимости — которая про разрешение себе быть — много качественного контакта с собой и регулирование объема общения с оценивающими фигурами из вне. Когда я понимаю, что мне сейчас хочется проявиться в мире вот такой стороной, то самое страшное, что может случиться, это отвержение (проживание которого весьма полезно для понимания своего окружения). А может и не случиться. При этом награда за спонтанность – возможность открыто выразить чувства, а не спрятать их подальше под коврик, стыдясь своего несовершенства.
Я хочу любви, я хочу дружбы, я хочу близости и свободы. Так, чтобы можно было «говорить словами через рот» и не бояться того, что окружающие отвернутся. Будет ли так? Что ж, кому-то даже минимальный градус ясности в отношениях невыносим. Такие люди не выдержат, конечно… но я верю в то, что какие-то наверняка останутся, а еще обязательно появятся те, кто станет говорить со мной на одном языке. Может, кто-то откликнется в комментариях и помашет мне рукой: «Эй, мне близко то, о чем ты пишешь».
Выходит, что у подавления уязвимости двойная цена: невозможность предъявления себя и невозможность узнать, откликнется ли мне мир хоть самую малость. А во внимательном отношении к своей уязвимости таятся две возможности: реальной оценки своего положения и наращивания ресурсов из этой точки, плюс, шанс на построение контакта с теми, кто готов идти в искренние отношения, и реализацию своих потребностей.
Я не знаю, насколько много всего предстоит сделать в этом направлении в 2018 году. Страшно? Очень. Опасно? Может быть. Хочу ли я пробовать? Да.
***
Если вам интересна тема уязвимости и вы хотели бы исследовать ее глубже, то я рекомендую:
• TED TALK Брене Браун «Сила уязвимости» https://www.ted.com/talks/brene_brown_on_vulnerability… и ее книги (также переведены на русский)
• Пема Чодрон «Там, где страшно»
• Элизабет Гилберт «Большое волшебство»